Что остается от семьи, когда автор, создавший её , исчезает? Четыре персонажа требуют правды, чтобы их историю рассказали. Но вместо диалога — крик. Вместо ответственности — обвинения. Вместо понимания- отрицание. Никто не слушает, никто не слышит. А ведь иногда, чтобы понять близкого человека, надо всего лишь быть внимательнее. Вопрос в том, готовы ли они замолчать, выслушать друг друга, чтобы снова стать семьей?
Или иногда слишком поздно что-то менять?